Возвращение: коллекция графики Николая Ге вернулась на Родину

Автор: Drugoi

Несколько дней назад я стал свидетелем окончания фантастической, почти детективной истории, связанной с возвращением в Россию коллекции рисунков знаменитого русского художника Николая Николаевича Ге.

Николай Николаевич умер на своем хуторе Ивановский в 1894 году, оставив в наследство сыновьям, Петру и Николаю, свои рисунки и живописные работы. Николай Ге, сын великого мастера, приложил немало усилий, чтобы собрать работы отца воедино, сохранить их и попытаться показать их широкой публике. В судьбе работ Николая Ге приняли большое участие Лев Толстой и меценат Павел Третьяков, в чьей художественной галерее выставлялись некоторые работы художника. Надо сказать, что многие работы Ге из-за их особой трактовки библейских персонажей находились под запретом церковной цензуры — образ Христа в поздних работах Ге был далек от канонического.

В 1900 году Николай Ге младший покинул Россию, так и не добившись открытия музея отца. С собой он увез унаследованную им часть коллекции, подарив несколько работ Третьяковской галерее. В Швейцарии Николай познакомился с Беатрисой де Ваттвилль, которая владела замком ЖэнЖэн в кантоне Во. Беатриса по договору пожизненной ренты стала владелицей наследия художника. Для коллекции работ Николая Ге был выделен отдельный зал, а в 1936 году он был открыт для публики. Госпожа де Ваттвилль скончалась в 1952 году, в октябре 1953-го ее имение было продано с аукциона. Работы Николая Ге исчезли бесследно.

Прошел двадцать один год. В один из дней 1974 года студент Женевского университета Кристофф Больманн, художник и будущий архитектор, который зарабатывал себе на жизнь перепродажей произведений искусства, купленных на местном блошином рынке, как обычно приехал на рынок, чтобы поискать что-нибудь интересное. В одной из лавочек он увидел лежащую на полу стопку больших листов бумаги с рисунками углем. Сюжеты рисунков были на религиозные темы. На некоторых листах даже были видны следы чьих-то ног — по ним ходили.

Кристофф Больманн: «Я купил это собрание, проникшись уважением к неизвестному мастеру, конечно же, не заслужившему такого пренебрежения. Я предполагал, что эти рисунки русского происхождения — на некоторых были полустертые надписи, угадывалось кириллическое начертание букв. Только пятнадцать лет спустя, в 1988 году, я узнал, что это рисунки Николая Николаевича Ге. Случай буквально перевернул мою жизнь и открыл мою душу навстречу русской культуре».

Вот так, благодаря счастливой случайности или промыслу Божьему, 55 листов из коллекции графики, которую Николай Ге младший привез в Швейцарию, появились из небытия.

Больманну помогли узнать, что оказалось в его руках, дети известного еврейского поэта Переца Маркиша — Симон и Ольга. Их к швейцарскому коллекционеру привела Ливия делла Валле, изучавшая русскую литературу в Женевском университете.


Кристофф Больманн: «После ужина я предложил показать им несколько рисунков, разложил их на диване. После недолгого молчания, просмотрев все эскизы с Распятием, Ольга спокойно промолвила: «Ге!». Так я впервые услышал имя художника. Тогда-то и завязалась эта интересная история.»

После смерти Ге-сына в 1938 году остались 64 письма Льва Толстого, секретарем которого он был, большая библиотека, а также многочисленные живописные произведения его отца, среди которых было знаменитое «Распятие» 1894 года. Найти всё это до сих пор не удается.

Кристофф Больманн: «Я убежден, что одна из важнейших задач искусства — объединять людей. Мы обращаемся к искусству затем, чтобы оно открыло что-то в нашем бытии здесь и сейчас. На протяжении всех этих лет наилучшим вознаграждением для меня было то, что, благодаря коллекции работ Николая Ге, я встречал исключительных людей, которые зачастую становились моими любимыми друзьями».

После долгих и трудных переговоров Кристоф Больманн согласился передать графические работы Николая Николаевича Ге Третьяковской галерее. Финансовую помощь для покупки коллекции оказал банк ВТБ. В середине июня наследие великого русского художника вернулось на Родину.

И вот как это было:

Один из лучших реставраторов нашей страны, заведующая отделом научной реставрации графики XVIII-начала XX вв Алина Евгеньевна Тейс открывает контейнер с коллекцией работ Николая Ге, приехавший из Швейцарии.






В этих папках лежит то, что в 1974 году швейцарский студент Больманн купил на женевской барахолке.






Это святая святых Третьяковки — реставрационные мастерские и запасники. Здесь у комнат сейфовые двери и попасть сюда можно, только отдав паспорт милиционеру в бронежилете. Алина Евгеньевна везет на лифте тележку с бесценным грузом к себе в мастерскую.






Алина Евгеньевна и её коллега Инна Соловова открывают папки с рисунками. В коллекции, приехавшией от Болльманна, эскизы, этюды и наброски к живописным произведения разных лет: «Вестники Воскресения» (1867), «Петр I допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе» (1871), «Выход Христа с учениками с Тайной вечери в Гефсиманский сад» (1889), «Совесть. Иуда» (1891), «Что есть истина? Христос и Пилат» (1890), «Суд синедриона. Повинен смерти» (1892), серия подготовительных рисунков на евангельские сюжеты для неосуществленного издания «Краткого изложения Евангелия» Л.Н.Толстого (1886–1888), которое писатель и художник планировали выпустить в издательстве «Посредник». Здесь оригинальные рисунки иллюстраций к рассказу Л.Н.Толстого «Чем люди живы» (1886) и эскизы, этюды и наброски на тему «Распятия» (1890-е годы)






Таким Николай Ге рисовал Христа перед распятием. Измученный, страшный человек, принявший смертную муку ради своей веры.






Воскресший Спаситель целует разбойника, казненного вместе с ним.






Иллюстрации к «Чем люди живы» Льва Толстого.







Реставратор Инна Соловова показывает, как работает пресс для исправления недостатков мятой бумаги.






Около дюжины листов зарисованы с обеих сторон листа. На выставках их будут показывать в специальных двусторонних рамах.






Николай Ге младший и сам был талантливым художником. В привезенной коллекции есть несколько и его рисунков.






Надпись на одной из работ Ге-отца: «Потому что Бог есть любовь».






Алина Евгеньевна готовит один из двусторонних графических листов для помещения в раму. Верхний край листа она крепит специальными самодельными, на рыбном клею, стикерами-«лапками». Прижимает маленьким утюжком, у реставраторов их целая коллекция.






Торжественный момент — на край листа ставится номер, под которым теперь эта работа будет числиться в собрании Третьяковской галереи. Представьте, Алина Евгеньевна Тейс работает здесь с 1963 года.






На углу одного из листов детской рукой выведено: Парася. Это, вероятно, писала маленькая дочь Николая Ге младшего.






Рисунок, уложенный в паспарту, накрывается стеклом. Рама еще та, из XIX века, когда работы Ге выставлялись в галерее Третьякова.






Часть привезенного из Швейцарии нуждается в реставрации, к которой отдел приступил уже в эти дни.
Осенью в Третьяковке откроется экспозиция «Что есть истина? Николай Ге. К 180-летию со дня рождения» — главный проект галереи в выставочном сезоне 2011–2012 годов.



Из пресс-релиза Третьяковской галереи: «Приобретение данной коллекции и возвращение ее в Россию — выдающееся событие не только в жизни Галереи, но и в культурной жизни нашей страны. Художественная ценность этих графических произведений, демонстрирующих уровень мастерства Ге-рисовальщика, огромна. Полнота и целостность коллекции уникальны: ее объем превышает весь известный на сегодня корпус графических произведений художника, а ее состав отражает наиболее сущностные стороны творчества мастера, принципиальные для его понимания.»

P.S. Выражаю свою искреннюю благодарность пресс-службе банка ВТБ, ставшего финансовым спонсором возвращения коллекции в Россию, и пресс-службе Третьяковской галереи за помощь в подготовке репортажа. Я попросил галерейщиков включить мой электронный адрес в новостную рассылку — есть большое желание рассказывать у себя в дневнике о том, что происходит в Третьяковке.

Оставить комментарий

Комментарии: 0